Книга Перекрестный огонь читать онлайн

Перекрестный огонь
Поделиться:
Автор: Миюки Миябэ
Жанр: Триллер
Аннотация:




1

Ей снилась заброшенная фабрика. Высоко под облупленным потолком тянулась запутанная сеть ржавых металлических труб. Захламленное, грязное, похожее на пещеру помещение было заполнено непонятными механизмами, связанными с застывшей стальной лентой транспортера. Ни звука, ни движения.
Мерно капала вода. Даже во сне этот однообразный звук навевал дремоту. Капанье напоминало еле слышное биение сердца умирающего, мрачное предвестие близкой кончины. Капля за каплей вода скопилась в небольшую лужицу на голом полу. Обходя лужу, она обратила внимание на то, что вода подернулась рябью, словно испугалась призрака.
Вода была холодной. Черной как ночь. Жидкость походила на нефть и была липкой на ощупь. Зачерпнутая в пригоршню, вода образовала еще одну крошечную лужицу. В темной поверхности отражалось сплетение потолочных труб.
Холодная вода. Однако холод казался даже приятным. Во сне она ощущала удовольствие от прохладной воды, стекающей сквозь пальцы.
Но вскоре вода впитала жар ее тела и постепенно нагрелась. Она отчетливо ощутила перемену. Внезапно рукам стало горячо. Она увидела огонь на черной поверхности воды. Пламя казалось живым, словно приготовилось противостоять ей. Миг — и язык пламени перекинулся на рукав и устремился вверх по руке…
И тут она проснулась — мгновенно, словно выключила сон. Глаза уставились в белый потолок, освещенный ночником.
Дзюнко Аоки вскочила на ноги на узкой кровати. Она подняла с постели теплое стеганое одеяло и похлопала по нему ладонями. Потом вытащила второе одеяло и проверила его тоже. Сбросив оба одеяла, она прохлопала ладонями матрас снизу доверху. Необходимая проверка.
С постелью вроде все было в порядке. Дзюнко щелкнула выключателем, зажигая люстру на потолке, и спустила ноги на пол. Щурясь от яркого света, она внимательно осмотрела комнату. Шторы? Ковер? Диван? Недовязанный свитер, газеты и журналы в плетеной корзине возле дивана?
Все цело и невредимо: ни дыма, ни пламени. Горелым вроде тоже не пахнет. Ну и ладно. Все в порядке.
Дзюнко вышла из комнаты на кухню. Жестяная миска, которую она использовала для мытья посуды, стояла в раковине. Как обычно, прежде чем отправиться спать, она налила в нее воды до краев. Сейчас над ней поднимался пар. Протянув руку, Дзюнко ощутила жар. Вода была горячей, как в ванне.
Девушка вздохнула.
Напряжение отступило, но не ушло полностью, смешиваясь с облегчением, — не самая приятная смесь. Не в силах расслабиться, Дзюнко бросила взгляд на часы. Десять минут третьего.
Придется идти.
Последний раз она ходила на заброшенную фабрику всего дней десять назад, и вот она уже снова приснилась ей. Наверное, тело требует своего.
Только там Дзюнко могла выпустить огонь и освободиться от напряжения. За последние полгода нужда в этом возникала все чаще и чаще. И сны снятся постоянно. И во сне она выпускает пламя неосознанно, против собственной воли. Хорошо хоть, подсознательно выбирает места, где есть вода, чтобы охладить жар, но все же…
Неужели ее энергия возрастает? Не потому ли она частенько начала зажигать огонь нечаянно, вроде бы случайно? Уж не теряет ли она контроль над своей энергией?
Что толку думать об этом, все равно не поможет. Дзюнко тряхнула головой, пригладила рукой непослушные волосы и принялась одеваться. На улице было холодно и подмораживало. Северный ветер сотрясал окна — как положено в декабрьскую ночь.
Токио, район Аракава, квартал Таяма. Сектор Таяма-1 располагался в двадцати минутах езды на север от Такады, следующей остановки за Аракавой. В восточном направлении от него находился сектор Таяма-3, узкая, вытянутая в длину территория, занятая жилыми домами, изуродованная новыми застройками с назойливой рекламой «Торопитесь приобрести кондоминиум!». Лет десять назад на этой территории можно было встретить лишь скромные частные фермы, но теперь они почти полностью исчезли, уступив место всевозможным жилым постройкам. По соседству с Таямой, за мостом, начинается префектура Сайтама, которая, по существу, стала продолжением этого бескрайнего жилого массива Токио.
Сельская местность начала отступать в период бурного экономического роста с 1960 по 1965 год, когда население метрополии устремилось из городского центра в пригороды. Позднее, в эпоху «финансового пузыря» восьмидесятых годов, немногочисленные остатки фермерских хозяйств были вытеснены в результате захвата сельскохозяйственных угодий. На территории Таямы сохранился лишь один участок, который можно было назвать сельским, и он располагался всего в пяти минутах ходьбы от дома, где жила Дзюнко Аоки. Местечко называлось Сады Сасаки и по размерам не превышало футбольного поля; разбитое на крошечные участки, оно сдавалось под огороды на условиях годичной аренды. Клочок в три квадратных метра шел по скромной цене в двадцать тысяч иен за год, а потому число заявок превышало количество участков и список потенциальных «фермеров», ждущих своей очереди, был достаточно внушителен.
Многие давние обитатели квартала Таяма некогда владели малыми или средними предприятиями вроде типографий, переплетных мастерских, строительных или транспортных компаний, а также упаковочного производства. Все это, однако, происходило задолго до экономического подъема, пока Таяма еще считалась жилым кварталом для среднего класса, но судьба его была решена, когда всему району Аракава присвоили статус спального пригорода при столичной метрополии. Все попытки сохранить местную промышленность потерпели крах, и более половины предприятий либо закрылись, либо по решению градостроительных властей Токио были переведены в зоны легкой промышленности. Кое-где, правда, еще оставались мастерские и небольшие заводики как неприятное напоминание. То и дело возникали конфликты и нарекания, в основном из-за шума и уборки мусора, и будущее таких «аутсайдеров» вряд ли можно было назвать светлым. Экономический подъем и новый бум недвижимости уничтожили бы их полностью.
Дзюнко Аоки поселилась в Таяме поздней осенью 1994 года. Она устроилась работать официанткой в местном кафе «Молодежное» за восемьсот иен в час, чуть повыше минимальной зарплаты. Такой выбор, да еще на неполную ставку, казался странным для молодой женщины двадцати пяти лет, то есть самого что ни на есть рабочего возраста, да еще с опытом работы в крупной компании «Того Пейпер». На вопросы сослуживцев: «Почему ты ушла с такой выгодной работы, да еще пошла в официантки?» — Дзюнко лишь улыбалась и отмалчивалась, предоставляя им возможность строить любые догадки и зная, что они никогда не докопаются до истины.
На самом деле основной причиной выбора послужило то, что она нашла квартиру себе по вкусу. Ей хотелось, чтобы на работу не надо было слишком долго добираться с многочисленными пересадками, а обязанности официантки не требовали от нее утомительного общения с сослуживцами.
Она решила поселиться в северной части Токио, потому что до того пожила и в центре, и в восточных районах. Ей нужно было место, где она еще не жила, так что она просто села на поезд в северном направлении и на каждой остановке заходила во все агентства недвижимости, какие только оказывались поблизости.
Она наконец нашла свое нынешнее жилье, и дело решил взгляд на окрестности из окна машины, когда агент подвозил ее для осмотра квартиры. Они свернули с автострады на дорогу с односторонним движением, и она заметила в дальнем конце небольшой водоем. Она высунулась из окна и негромко произнесла:
— Пруд…
Агент скривился:
— Мерзкая лужа, правда? Летом настоящий рассадник комаров. — Он явно высказался не подумав и тут же поспешил исправиться: — Но дом находится не слишком близко к нему, да и летом наверняка это болото обрабатывают чем-нибудь, так что не беспокойтесь.
Дзюнко улыбнулась и ответила, что ей все равно.
Все равно, есть комары или нет, главное, что поблизости была вода. Можно было бы поискать реку, но просторные, ухоженные берега наверняка привлекают толпы народу. Скверно, если хоть кто-нибудь увидел бы Дзюнко. Представить только, посреди ночи она выпускает заряд энергии в реку, а какая-нибудь юная парочка, в целях экономии пристроившись на берегу вместо дорогой гостиницы, замечает ее! Да, это было бы скверно!
— Пруд в частной собственности?
— Именно. Вот почему власти ничего не могут с ним поделать.
— Значит, мало шансов, что его вскоре ликвидируют?
— По-моему, вообще никаких. — Агент искоса глянул на Дзюнко, и в его глазах промелькнуло любопытство.
Дзюнко сняла эту квартиру, и не вопреки злополучному пруду, а как раз потому, что он располагался в десяти минутах ходьбы от дома. С тех пор как она здесь поселилась, вплоть до июня, она использовала этот пруд для освобождения от избытка огненной энергии. Но к лету, как и говорил агент, над прудом появились целые тучи комаров, и там невозможно было оставаться и пяти минут. Непохоже, чтобы владельцы хоть чем-то обрабатывали этот пруд. В конце концов девушка сдалась и отправилась на поиски другого водоема.
И нашла его на заброшенной фабрике на окраине Таямы.
Дзюнко натянула толстый свитер и удобные брюки, надела пальто и перчатки. Уходя из дому, она сунула в карман фонарик. Ее квартира, под номером 203, находилась на втором этаже. Ступая как можно тише, она спустилась по наружной лестнице, сняла замок с велосипеда и поехала.
На пустынной ночной улице кое-где светились окна. В этом районе по ночам стояла тишина: ночные пташки резвились в других местах. Кроме того, был вторник, то есть уже среда, разгар декабря, и в это время вообще мало кто появляется на улице после полуночи. Ей навстречу попались всего два такси, одно из них уже закончило работу, а в другом не было пассажира.
Дорога вела прямо к заброшенной фабрике. Где-то по пути, возле кондоминиумов, выставленных на продажу, путь разветвлялся на три направления, но ехать дальше надо было по-прежнему прямо, по средней ветке. С начала лета она так часто ездила туда, что могла бы проделать весь путь с закрытыми глазами и даже во сне.
Вскоре во тьме замаячил знакомый силуэт обезлюдевшей фабрики. Фабричный корпус представлял собой железную конструкцию, обшитую стальными листами, на которых держалась крыша из оцинкованной металлической черепицы. Рядом располагалось небольшое трехэтажное здание, по-видимому бывшее управление. Между производственным корпусом и управлением размещалась просторная парковка, наверное служившая когда-то для грузового транспорта.
Вся территория фабрики была обнесена проволочной сеткой, а на въездных воротах стоял подвижный шлагбаум — металлическая штанга на колесах. Дзюнко проехала мимо ворот со шлагбаумом, запертым на громадный висячий замок, и направилась к тыльной стороне фабрики.
Поначалу, когда она только обнаружила эту фабрику, девушка обошла забор кругом и едва не отчаялась найти проезд на территорию. Но место выглядело так заманчиво: просторное, безлюдное и никаких жилых домов поблизости. С запада и востока фабрику огибали узкие однополосные дороги, а к северу от нее находился полуразрушенный пакгауз какой-то транспортной компании. С южной стороны тянулась пустошь, принадлежавшая, как гласила надпись на щите, городскому управлению Токио. Местные жители, видимо в знак протеста против того, что город держит землю в запустении, использовали ее под свалку. Ясное дело, по загаженному пустырю никто не гулял, и даже дети не устраивали там игры.
Место подходило по всем статьям. Но что с того, если нельзя пробраться во двор фабрики?
Сдаваться она не хотела и продолжала тщательно искать лазейку. В конце концов проход обнаружился совершенно неожиданно. Стальная дверь, выходящая сбоку на восточную дорогу, нечто вроде черного хода в обычном доме, как и все остальные, была перекрыта проволочной сеткой на замке. Однако на ней отсутствовали две петли, и, если ее толкнуть, она сдвигалась примерно на полметра. Дверь явно держалась на честном слове и выглядела довольно опасно, но, поскольку дорогой редко пользовались, никто этого не заметил и не пожаловался. На противоположной стороне дороги располагалось здание, вмещавшее целый ряд общественных заведений, но в стене, выходившей на дорогу, не было окон, к тому же между домом и дорогой высилась водонапорная башня. Сама дорога, пройдя между фабрикой и общественными заведениями, заканчивалась тупиком и никуда больше не вела.
Дзюнко никогда не бывала раньше в Таяме и не знала истории этого места, но, судя по обветшалому забору и ржавым замкам, предположила, что фабрика заброшена давным-давно. Странно, правда, что никто не попытался восстановить, перестроить или хотя бы продать ее как землю под застройку. Может, что-нибудь оказалось не так с правами на недвижимость или с лицензией на производство — мало ли какие причины могли сработать, да еще во время явного экономического спада.
Сколько раз девушка уже приезжала сюда, если учесть сегодняшнюю ночь? Ей припомнилось по крайней мере раз десять, но от самого места ее неизменно бросало в дрожь.
Чтобы не привлекать внимания, она пристроила велосипед позади фабричного здания и подошла к двери. Проскользнув внутрь помещения, Дзюнко включила фонарик, чтобы осветить путь, потом собралась с духом и осторожно прикрыла дверь за собой.
В воздухе стоял запах тины и ржавчины.
Она никогда не приезжала сюда днем, поэтому имела смутное представление о том, как выглядит фабрика. Тем не менее, пробравшись через черный ход, девушка поняла, что справа от нее находятся два громадных механизма, соединенные лентой транспортера. По левую сторону вдоль металлической стены тянулся ряд просторных стеллажей, покрытых толстым слоем пыли. На полках в беспорядке валялись молотки, кувалды, гаечные ключи и большие, не менее тридцати сантиметров, болты с широкой головкой. Один из механизмов соединялся с лентой транспортера через огромный диск, похожий на поворотный стол. В прежние времена он, должно быть, служил для нарезки или шлифовки металлических деталей. Дзюнко мало что понимала в механике и даже представить не могла, что именно производила эта фабрика. Она лишь предположила, что изделия отличались крупными габаритами и немалым весом, а само производство сопровождалось сильным шумом. Может, здесь изготовляли рельсы или стальные тросы.
Дзюнко миновала загадочные механизмы и направилась к центру помещения. Земляной пол был завален всевозможными деталями и разным мусором: пока Дзюнко не освоилась здесь, она частенько спотыкалась и ранила руки и ноги. Постепенно она расчистила для себя дорожку, сдвинув в сторону детали помельче, и теперь передвигаться стало легко даже в темноте. Фонарик был не так уж и нужен, но она все же включала его на всякий случай.
Производственный корпус в целом был примерно со школьный спортивный зал. Потолок достигал высоты трехэтажного здания. Над головой во все стороны тянулись рабочие мостки с канатными ограждениями. Там же, наверху, из одного конца помещения в другой проходила узкая, около метра, дорожка, а к ней снизу вела лестница. Рабочим, наверное, приходилось то и дело карабкаться наверх, но Дзюнко туда ни разу не поднималась — она вообще побаивалась высоты.
Место, к которому стремилась Дзюнко, находилось чуть правее центральной части помещения, ближе к главному входу. Там стояли огромная цистерна и бетонированный резервуар, который можно было наполнять водой. Цистерна была примерно раза в два больше обычных баков, которые входят в кузов грузовика. Дзюнко постучала по цистерне рукой, чтобы проверить, осталась ли еще внутри вода, но ничего не поняла — раздался только глухой стук.
Но в резервуаре, бортик которого был на уровне ее груди, вода была. Его до краев наполняла темная жидкость. Когда фабрику покидали, кто-то забыл то ли нажать на кнопку, то ли повернуть тумблер или еще что-нибудь, и с тех пор вода так здесь и отстаивалась.
И ее тут было не меньше, чем в том комарином пруду. Ну, может, разве чуть-чуть поменьше. В общем-то, Дзюнко над этим не задумывалась. Главное, здесь была вода, в которой она так нуждалась; хотя эта вода попахивала нефтью и была ужасно грязной, ее было вполне достаточно. Даже если девушка потеряет контроль и выпустит всю свою мощь, воды все равно хватит. Если она будет осторожна и регулярно станет освобождаться от напора внутренней энергии, лет на десять вода ей обеспечена. В общем, пока фабрика пребывает в запустении, Дзюнко не понадобится искать другое место.
Как обычно, она для начала выключила фонарик — на всякий, хотя и маловероятный, случай разоблачения.
Сунув фонарик в карман, Дзюнко уставилась на черную поверхность воды. Она пыталась вспомнить тот холодок во сне. Ощутив его, она восстановила и память о высвобождении огненной силы, и это вызвало прилив энергии. Энергия просто взбухала в ней, требуя выхода.
Еще мгновение — и запредельный восторг от чувства освобождения, нахлынувший на Дзюнко, оглушил и ослепил бы ее. Она зажмурилась и приготовилась дать выход мощной волне энергии в темные воды резервуара. В этот миг она услышала глухой стук.
Потом чей-то голос.
Дзюнко вытаращила глаза. Энергия просто бурлила в ней. Требовалось немедленно повернуться к воде и выплеснуть ее наружу. Но девушка изо всех сил затаила дыхание, чтобы не взорваться. И услышала другой голос:
— Сюда! Пошевеливайтесь!
Голос принадлежал мужчине и сопровождался шарканьем ног нескольких человек.
Сюда шли люди.

Мы Вконтакте