Книга Сумеречный дозор читать онлайн


Глава 6

На полпути за нами увязалась машина «ГАИ». Я навесил на «Бору» заклинание, рассеивающее внимание людей, и гаишники немедленно отстали. Обычно таким заклинанием Иные предохраняют свои машины от угона и я даже порадовался новому применению, которое для него нашел. Впрочем, через минуту нас едва не протаранил грузовик – и я поспешил заклинание снять.

– Будем в аэропорту через пятнадцать-двадцать минут, – отрапортовал Рома, крутя руль. – Какие будут распоряжения, шеф?

Краем глаза я заметил, что Лас покачал головой и сделал еще глоток. Мы уже выехали за город и мчались по дороге в аэропорт. Довольно приличной дороге, по среднероссийским меркам.

– Включи радио, – попросил я. – А то грустно как-то едем.

Рома включил. Заканчивался выпуск новостей:

– …к восторгу миллионов читателей, чье трехлетнее ожидание завершилось, – вещала ведущая. – И в заключение – сообщение с космодрома Байконур, где готовится к старту совместный российско-американский экипаж. Старт планируется на восемнадцать часов тридцать две минуты по московскому времени. А теперь мы продолжаем наш музыкальный эфир…

– Хочешь виски? – спросил Лас.

– Нет, мне еще работать.

– Александр, соберись, сейчас не время пить! – бодро рявкнул Роман. – Нам предстоит работа!

Похоже, этот добродушнейший человек, в жизни вряд ли способный зарезать курицу, сейчас воображал себя Джеймсом Бондом. Ну, или его помощником.

Все мы во что-то не доиграли в детстве.

– Ты будешь охранять машину, – сказал я ему. – Это очень ответственное задание. Мы на тебя рассчитываем.

– Служу Свету! – гаркнул Роман.

– Никогда бы не поверил… – простонал Лас на заднем сиденье. – Мне тоже охранять машину?

– Да.. – кивнул я. – Только… большая просьба – не пытаться убежать.

Сзади снова послышалось бульканье. Может быть, и Ласа обратить к Свету? Так будет гуманнее… а то терзается человек попусту.

Но времени на размышления мне не осталось – машина влетела на площадь перед аэропортом, с визгом тормозов остановилась перед входом. Никто не обратил на это особого внимания – опаздывает человек на рейс, дело обычное…

Я достал записку Арины. Посмотрел на «компас».

Стрелка покачивалась, но пока еще указывала направление.

Почувствовал Костя мое приближение? Гесер в этом уверен.

И что меня ждет?

Как ни странно, но до этого момента я не испытывал страха. Внутренне не готов был видеть в Косте врага – да еще такого врага, что способен убить. Я маг второго уровня, а это совсем немало. За мной вся мощь Ночного Дозора, а сейчас, вот неслыханное дело, еще и Дневного. Ну что может мне сделать один-единственный вампир, пусть даже и Высший?

Но сейчас я вспоминал оскаленное лицо Витезслава.

Костя его убил. Пересилил.

– Лас, – коротко сказал я. – Просьбочка такая… Иди за мной. На расстоянии. Если что-то случится…

Лас хлебнул, бросил пустую флягу на сиденье и рассудительно сказал:

– А почему бы и не пойти? Вперед, бледнолицый Блэйд!

Похоже, теперь ему море было по колено. Напиться – это, отчасти, хороший метод защиты от вампира. Кровь пьяного человека для него неприятна, а сильно пьяного – даже ядовита. Может быть поэтому вампиры всегда предпочитали Европу, а не Россию?

Но вампиру вовсе не обязательно пить кровь убитого человека. Питание – питанием, а дело – делом.

– Не приближайся, – повторил я. – На расстоянии.

– Берегите себя, шеф! – попросил Роман. – Удачи! Надеемся на вас!

Я посмотрел на него и вспомнил прощальное напутствие Завулона.

Как мы похожи.

Как все мы похожи – Иные и люди. Темные и Светлые.

– Тихо, неторопливо, без агрессии, – сказал я самому себе, глядя на покуривающих у входа в аэровокзал мужчин. Люди большей частью были интеллигентные, при галстуках. Уборщица в оранжевом жакете, смолившая «Беломор», рядом с ними смотрелась диковато. – Тихо и мирно…

Я пошел к зданию. Курильщики расступились – во мне сейчас было слишком много Силы, ее способны были почувствовать даже обычные люди.

Почувствовать – и благоразумно убраться в сторону.

Входя я оглянулся – Лас, благодушно улыбаясь, тащился следом.

Где ты. Костя?

Где ты. Высший вампир, никогда не убивавший людей ради Силы?

Где ты, мечтающий стать Властелином Мира, будто в дешевом голливудском боевике?

Там же, где и мальчик-вампир, пытавшийся обмануть свою судьбу…

Я убью тебя.

Не «должен убить», не «могу убить», не «хочу убить». Хватит уточнений. Я прошел через «должен» – прошел в слезах и соплях, интеллигентских самокопаниях и самооправданиях. Я прошел через «могу» – в комплексах и потугах мага третьего уровня, Иного, достигшего своего потолка. Я прошел через «хочу» – через эмоции и страсти, гнев и жалость.

Теперь я просто делаю то, что должен делать.

Мне безразличны фальшивые идеалы и поддельные цели, лицемерные лозунги и двуличные постулаты. Я больше не верю ни в Свет, ни в «ьму. Свет – это просто поток фотонов. Тьма – это просто отсутствие света. Люди – братья наши меньшие. Иные – соль земли.

Где ты, Костя Саушкин?

К чему бы ты ни рвался – к древним восточным артефактам, к миллиардной армии из китайцев-магов – я не дам тебе победить. Где ты?

Я остановился посреди зала – не слишком-то большого зала провинциального аэропорта. Кажется, я его чувствую…

На меня налетел потный мужик с чемоданами, извинился, пошел дальше. Я мимолетно отметил его – неинициированный Иной, Светлый, побаивается летать самолетами, благополучно долетел, расслабился, благодушен – и потому стал заметен.

Сейчас мне это было неинтересно.

Костя?

Я повернулся, будто меня окликнули. Уставился на дверь с табличкой «Служебный вход» и кодовым замком.

Никому не слышная мелодия звенела в шуме аэропорта.

Кажется, он меня зовет.

Кнопки кодового замка послушно засветились, когда я протянул к ним руку. Четыре, три, два, один. Очень хитрый код…

Я открыл дверь, оглянулся, кивнул Ласу и осторожно, чтобы не сработала защелка, притворил дверь.

Пустые, выкрашенные тоскливой зеленой краской коридоры. Я двинулся по коридору.

Мелодия крепла, петляла в воздухе, взмывала и падала. Будто затейливый перебор классической гитары – и тонкие ноты скрипки.

Вот это как – настоящий Зов вампира, нацеленный на тебя…

– Спешу, спешу, – пробормотал я, сворачивая к другой кодовой двери. Позади хлопнуло – это следом вошел Лас.

Новый замок, новый код. Шесть, три, восемь, один.

Я распахнул дверь – и оказался на взлетном поле. Медленно полз по бетону пузатый аэробус. Подальше, ревя турбинами, выруливала на старт «тушка».

Метрах в пяти от двери стоял Костя. В руке он держал маленький аккуратный пластиковый дипломат – я понял, что там и лежит «Фуаран». Рубашка на Косте была порвана – будто в какой-то миг внезапно стала слишком мала.

Похоже, выпрыгнув из поезда он вошел в трансформацию не до конца раздевшись.

– Привет, – сказал Костя.

Музыка исчезла, оборвалась на половине нота. Я кивнул:

– Привет. Быстро ты долетел.

– Долетел? – Костя покачал головой. – Нет… летучей мышью на такие расстояния тяжело.

– И кем же ты обернулся? Волком? Абсурдный в своей светскости разговор завершился совершенно нелепым ответом Кости:

– Зайцем. Огромным серым зайцем. Допрыгал помаленьку…

Я не удержался – хихикнул, представив себе исполинского зайца, бегущего по огородам, огромными прыжками форсирующего ручьи и перескакивающего через заборы. Костя развел руками:

– Ну… и впрямь смешно получилось. Ты как? Не слишком… я тебя? Зубы целы?

Я постарался улыбнуться как можно шире.

– Извини, – Костя казался на самом деле огорченным. – Это все от неожиданности. Как ты понял, что книга у меня? Коктейль?

– Да. Для заклятия нужна кровь двенадцати человек.

– Откуда ты узнал? – задумчиво спросил Костя. – Никаких данных по «Фуарану» нет… а, не важно. Я хочу с тобой поговорить, Антон.

– Я тоже, – согласился я. – Сдавайся. Ты еще можешь спасти свою жизнь.

– Я давно не-живой, – улыбнулся Костя. – Что, забыл?

– Ты понимаешь, о чем я.

– Антон, не лги. Ты же сам себе не веришь. Я убил четырех Инквизиторов!

– Трех, – поправил я. – Витезслава и двоих в поезде. Третий выжил.

– Велика разница, – Костя поморщился. – И одного никогда не прощали.

– Это особый случай, – сказал я. – Скажу честно. Высшие напуганы. Тебя уничтожат, но цена победы будет слишком высока. Высшие пойдут на переговоры.

Костя молчал, пристально смотрел на меня.

– Если ты вернешь «Фуаран», если добровольно сдашься, то тебя не тронут, – продолжал я. – Ты же законопослушный. Это все книга, ты был в состоянии аффекта…

Костя покачал головой:

– Да не был я в состоянии аффекта. Эдгар не воспринял слова Витезслава всерьез. А я – поверил. Обернулся, долетел до избушки. Витезслав подвоза не ожидал… стал показывать книгу, объяснять. Я услышал про кровь двенадцати… и понял, что это мой шанс. Он даже не возражал против эксперимента. Наверное, хотел побыстрее убедиться, что книга настоящая. Только когда понял, что я стал сильнее… вот тогда напрягся. Но было уже поздно.

– Зачем? – спросил я. – Костя, это же безумие! Зачем тебе власть над миром?

Костя приподнял брови. Некоторое время смотрел на меня – потом засмеялся.

– Что ты, Антон! Какая власть? Ты не понимаешь!

– Я все понимаю, – упрямо сказал я. – Ты рвешься в Китай, верно? Миллиард магов под твоей властью?

– Идиоты, – тихо сказал Костя. – Вы все идиоты. Вы только об одном можете думать… власть и сила… Не нужна мне эта власть! Я – вампир! Понимаешь? Я изгой! Хуже любого Иного! Я не хочу быть самым сильным изгоем! Я хочу быть обычным! Я хочу стать как все!

– Но «Фуаран» не позволяет превратить Иного в человека… – пробормотал я.

Костя захихикал. Покачал головой:

– Ау! Антон, включи голову! Тебя накачали силой и отправили меня убивать, я знаю. Но ты вначале подумай, Антон! Пойми, чего я хочу!

Скрипнула дверь за спиной. Вышел Лас. Смущенно уставился на меня, потом покосился на Костю.

Костя покачал головой.

– Не вовремя? – оценив ситуацию, сказал Лас. – Извините, уже ухожу…

– Стой, – сухо произнес Костя. – Ты очень даже вовремя.

Лас застыл. Я не уловил приказа в голосе Кости, но он, похоже, был.

– Натурный эксперимент, – сказал Костя. – Гляди. как это делается…

Он сильно встряхнул дипломат, замки послушно открылись, чемоданчик раскрылся и из него тяжело, солидно вылетела книга.

«Фуаран».

Переплет и впрямь был кожаный – серовато-желтый. И уголки заделаны медными треугольниками. А еще – затейливый замочек, не дающий книге раскрыться.

Костя поймал книгу одной рукой, с удивительной ловкостью раскрыл – будто не фолиантом в пару килограммов весом орудовал, а газету разворачивал. Выпустил дипломат, звонко треснувший о пол.

– Здесь, в основном, всякая лирика, – ухмыльнулся Костя. – Хроника неудачных экспериментов. Рецепт в конце… он совсем простой.

Свободной рукой Костя достал из заднего кармана джинсов металлическую фляжку. Отвернул колпачок – и капнул прямо на раскрытую страницу.

Чего я жду?

Что он собирается сделать?

Все во мне сейчас кричало – атакуй! Пока он отвлекся – бей в полную силу!

Но я ждал, завороженный зрелищем.

Капля крови исчезала со страницы. Таяла, исходила бурым дымком. А книга… книга начала петь. Давящий звук., похожий на горловое пение – вроде и человеческий голос, и нет в нем ничего осмысленного.

– Тьмой и Светом… – сказал Костя, глядя в открытые страницы. Он видел там что-то, недоступное мне. – Ом… Мриганкандата гаури… Аучитья дхвани… Моей волей… Мокша гаури…

Голос книги – у меня не было сомнений, что звучит именно книга, стал сильнее. Заглушил голос Кости, слова заклинания – и русские, и те, древние, на которых был написан «Фуаран».

Костя повысил голос – будто пытался перекричать книгу.

До меня донеслось лишь последнее слово – опять «ом».

Пение прервалось на резкой, диссонансной ноте.

За спиной выматерился Лас. И спросил:

– Что это было?

– Море, – ухмыльнулся Костя. Нагнулся, поднял дипломат, спрятал туда и книгу, и фляжку. – Целое море новых возможностей.

Я повернулся, уже зная, что увижу. Прищурился, ловя зрачками тень собственных ресниц.

Посмотрел на Ласа сквозь Сумрак.

Аура неинициированного Иного была совершенно явственной. Добро пожаловать в нашу дружную компанию…

– Вот так это работает на людях, – сказал Костя. На лбу у него выступили капельки пота, но он выглядел очень довольным. – Вот так.

– Так чего же ты хочешь? – спросил я.

– Я хочу быть Иным среди Иных, – сказал Костя. – Я хочу, чтобы все это прекратилось… Светлые и Темные, Иные и люди, маги и вампиры. Все станут Иными, понимаешь? Все люди на свете.

Я засмеялся:

– Костя… ты потратил две или три минуты на одного человека. Ты в ладах с арифметикой?

– Здесь могло стоять двести человек, – сказал Костя. – Они все стали бы Иными. Здесь могло стоять десять тысяч. Заклинание действует на всех, кто находится в моем поле зрения.

– Но все равно…

– Через полтора часа с космодрома Байконур стартует к МКС очередной экипаж посещения, – сказал Костя. – Я думаю, что космическому туристу из Германии придется уступить мне место.

Секунду я молчал, осмысливая его слова.

– Я буду тихо сидеть у иллюминатора и пялиться на Землю, – произнес Костя. – Как и положено космическому туристу. Я буду смотреть на Землю, размазывать по бумаге кровь из фляжки и шептать заклинания. А далеко внизу люди будут становиться Иными. Все люди – понимаешь? От младенцев в колыбелях и до стариков в креслах-качалках.

Сейчас он казался совсем живым. Совсем настоящим. Глаза горели – не вампирской силой, а обычным человеческим азартом.

– Антон, ты ведь и сам об этом мечтал, верно? Чтобы не стало больше людей! Чтобы все были равны!

– Я мечтал, чтобы все стали Иными, – сказал я. – А вовсе не о том, чтобы не стало людей.

Костя поморщился.

– Брось! Это все словесная эквилибристика… Антон, у нас есть шанс изменить мир к лучшему. Этого не могла Фуаран – в ее время не было космических кораблей. Этого не могут Гесер и Завулон – у них нет книги. A мы – мы можем! Я не хочу никакой власти, пойми! Я хочу равенства! Свободы!

– Счастья для всех, даром? – спросил я. – И чтобы никто обиженный не ушел?

Он не понял. Кивнул:

– Да, счастья для всех! Земля для Иных! И никаких обид! Антон, я хочу, чтобы ты был со мной. Встань на мою сторону!

– Это замечательная идея, – воскликнул я, глядя ему в глаза. – Костя, да ты молодец!

Никогда не умел врать. А уж обмануть вампира – это почти невозможно. Но, видимо, Косте очень хотелось, чтобы я согласился.

Он улыбнулся. Расслабился.

И в этот миг я поднял руки и ударил «серым молебном».

Это было совсем непохоже на тот удар, что я нанес в поезде. Сила бурлила во мне, истекала из кончиков пальцев – и не кончалась! Кто мог знать, что он провод, пока не включили ток?

Заклинание было видно даже в человеческом мире. Змеящиеся серые нити вырывались из моих рук, опутывали Костю, сжимали и выворачивали, закутывали в серый шевелящийся кокон. В Сумраке творилось что-то невообразимое – мир заполнил урлящая серая метель, по сравнению с которой обычный серый туман казался цветным. Я подумал о том, что если в радиусе нескольких километров есть обычные, регистрированные вампиры – им тоже не поздоровится. Снесет и развоплотиг рикошетными заклинаниями…

Костя упал на одно колено. Он дергался, пытаясь вырваться, но серый молебен сосал из него Силу быстрее, чем он успевал рвать заклинания.

– Ешкин свет! – восхищенно воскликнул за спиной Лас.

Через меня еще никогда не шло столько Силы.

С миром вокруг творилось что-то странное. Самолет на взлетной полосе выцвел, превращаясь в серую каменную глыбу. Небо выцвело, стало белесым и низким. Уши будто ватой заложило.

Кажется, Сумрак рвется в наш мир…

Но остановиться я не мог. Я чувствовал – стоит хоть на секунду ослабить напор, и Костя вырвется, ударит в ответ. Ударит так, что собирать будет нечего… это меня, а не Костю размажет по бетонному полю…

Он поднял голову. Посмотрел на меня – не со злостью, скорее с обидой и недоумением. Медленно-медленно развел руки…

Неужели у него еще есть резерв Силы?

Вокруг Кости очертилась в воздухе прозрачная голубоватая призма. Отсекла серые нити заклинания, крутанулась – и сжалась в точку. Исчезла.

Вместе с вампиром.

Костя ушел через портал. Сила все еще бушевала во мне. Сила тысяч Иных, переброшенная Гесерон и Завулоном, щедрая бесконтрольная Сила, ищущая применения. Человеческая Сила – через третьи руки дошедшая до меня…

Хватит…

Я свел ладони, сминая серые нити в тяжелый кок.

Хватит…

Здесь больше нет врага.

Хватит…

Поединок магов – это фехтование, а не удары дубиной.

Хватит.

Костя оказался искуснее.

Меня колотила мелкая дрожь – но я остановился. Небо вновь окрасилось синью, на взлетной разгонялся самолет.

Костя ушел.

Убежал?

Нет, именно ушел. Никогда не слышал о вампирах, способных на прямой портал. И Высшие, похоже, не ожидали от Кости подобного финта.

Он шел к аэропорту, зная, что все подумают о самолетах и вертолетах. Расслабятся – запас времени еще есть, можно перехватить вампира в воздухе, можно поднять истребители, можно шарахнуть ракетой…

А Костя заранее готовился к прыжку прямым порталом. Полтора часа до старта ракеты – он бы не успел долететь! Да и не подпустят самолет к Байконуру – какая ни есть, а все-таки ПВО там существует. Он потому и сумел прыгнуть под прессом «серого молебна» – заклинание портала уже было готово, «подвешено», как боевые заклинания у магаоперативника.

Значит, он не верил, что я встану на его сторону. Или, по меньшей мере, серьезно в этом сомневался. Но для него все-таки было важно, очень важно победить меня – не чистой Силой, что уж тут говорить о Силе, когда он стал Высшим, а я остаюсь магом второго уровня, пусть и накачанным заемной силой. Самая чистая, самая показательная победа – когда соперник признает твою правоту. Сдается без боя. Переходит под твои знамена.

Все-таки я глупец. Считал его то другом, то врагом. А он не был ни тем, ни другим. Он всего лишь хотел доказать свою правду. И так уж случилось, что объектом для этого доказательства был выбран я. Уже не друг, еще не враг. Всего лишь носитель другой правды.

– Он телепортировался? – спросил Лас.

– Что? – я обернулся, посмотрел на него. – Ну… вроде того. Открыл портал и ушел. Как ты понял?

– В игрушке какой-то компьютерной видел, похоже было… – с легким сомнением сказал Лас. И с возмущением уточнил: – Очень похоже!

– Игрушки не только люди делают… – объяснил я. – Да, он ушел. На Байконур. Хочет подменить космического туриста…

– Я слышал, – сказал Лас. – Вот придурок.

– Понимаешь, почему он придурок? – спросил я. Лас фыркнул.

– Если все люди станут магами… Сегодня тебе в трамвае нахамят, а завтра – испепелят на месте. Сегодня неприятному соседу дверь гвоздиком поцарапают или анонимку в налоговую напишут, а завтра порчу напустят или кровь высосут. Обезьяна на мотоцикле только в цирке хороша, а не на городских улицах… А уж тем более – обезьяна с автоматом.

– Думаешь, обезьян – большинство? – уточнил я.

– Все мы обезьяны.

– Тебе дорога в Дозор, – пробормотал я. – Подожди… я спрошу совета.

– Какой Дозор? – насторожился Лас. – Спасибо! Я-то не маг, слава Богу!

Закрыв глаза я вслушался. Тишина.

«Гесер!»

Тишина.

«Гесер! Учитель!»

«Мы совещались, Антон».

В мысленном разговоре нет интонаций. И все-таки… и все-таки мне почудилась тень усталости в словах Гесера.

«Он ушел на Байконур. – „Фуаран“ действительно работает. Он хочет превратить в Иных все людей на Земле!»

Я замолк, потому что понял – Гесер в курсе. Он видел и слышал все происходящее – моими ли глазами и ушами, какими-то другими магическими методами – не важно.

«Ты должен его остановить, Антон. Следуй за ни останови его».

«А вы?»

«Мы держим канал, Антон. Снабжаем тебя Силой. Знаешь, сколько Иных давали Силу для „серого молебена“?

«Догадываюсь».

«Антон, я с ним не справлюсь. И Завулон не справится. И Светлана. Мы сейчас можем только одно – обеспечивать тебе энергетическую подпитку. Мы тянем Силу у всех Иных Москвы. Если потребуется – начнем брать ее непосредственно у людей. Перестраиваться, использовать в качестве проводников другия магов нет времени. Остановить Костю должен ты… с нашей помощью. Альтернатива – ядерный удар по Байконуру».

«Я не смогу открыть прямой портал, Гесер».

«Сможешь. Портал еще не закрылся до конца, ты должен найти горловину и снова его активировать».

«Гесер, не переоценивай меня! Даже с вашей Силой я – маг второго уровня!»

«Антон, опомнись. Ты стоял перед Саушкиным, когда он произнес заклинание. У тебя уже не второй уровень».

«А… какой?»

«Выше первого – только одна категория. Высшая. Хватит разговоров, иди за ним!»

«Но как я смогу его победить?»

«Как хочешь».

Я открыл глаза.

Лас стоял передо мной и помахивал перед лицом ладонью. – О! Живой! – обрадовался он. – Так что за Дозор? И что, я теперь тоже маг?

– Почти, – я шагнул вперед.

Вот здесь стоял Костя… упал… развел руки… возник портал…

Человеческий мир – пусто.

Дует ветер, шелестит по бетону скомканный целлофан сигаретной пачки…

Сумрак – пусто.

Серая мгла, каменные глыбы на месте строений, шевелящиеся плети синего мха…

Второй слой сумрака.

Тяжелый, свинцовый туман… призрачный мертвый свет из-под тяжелых туч… синяя искорка на месте портала…

Я протянул руку – в человеческом мире, в первом слое сумрака, во втором слое Сумрака…

И подцепил пальцами гаснущую синюю искорку.

Постой. Не гасни. Вот тебе Сила – ревущая энергия, разрывающая грань между мирами. Стекает с пальцев, огненными каплями – на гаснущие уголья…

Расти, открывайся, выползай под яркое солнце – тебе еще придется поработать! Я чувствую след того, кто открывал портал. Я вижу, как он это делал. Я сумею повторить его путь.

И мне даже не нужны заклинания – все эти смешные формулы на невразумительных древних языках, как не нужны они были ведьме Арине, варящей свои зелья, как не нужны они Гесеру и Светлане.

Так вот что это такое – быть Высшим нагон?

Не заучивать схемы, а чувствовать движение Сил?

Как удивительно… и как просто.

Дело даже не в возможностях, не в поражающей силе файербола или мощности «фриза». Накачанный чужой Силой, или накопивший изрядно собственной, даже обычный маг способен «жахнуть» так, что Высшему мало не покажется. Дело в свободе. Как между пловцом, пусть самым талантливым – и самым ленивым дельфином.

Как же это было трудно Светлане – жить со мной, забыв о своей Силе, забыв о своей свободе? Это не разница между сильным и слабым – это разница между здоровым и инвалидок…

Но ведь живут – обычные люди? Живут, и со слепыми, и с парализованными. Потому что главное все-таки не в свободе. Свобода – оправдание подлецов и дураков. Говоря «свобода» такие думают не о чужой свободе, а о собственном рабстве.

И даже Костя – ни дураком, ни подлецом не будучи, попался на тот же самый крючок, что уже порвал губы революционерам всех мастей – от Спартака до Троцкого, от гражданина Робеспьера до команданте Че Гевары, от Емельки Пугачева до безымянного шахида.

А не попался бы я сам? Еще десять, еще пять лет назад?

Если бы мне сказали – «можно все изменить разом – и к лучшему»? Может быть, мне повезло.

Хотя бы в тех, кто был рядом со мной. Кто всегда с сомнением качал головой при словах «свобода и равенство».

Портал раскрылся передо мной – голубая призма, сияющие шнуры – ребра, мерцающая пленка – грани…

Я раздвинул шнуры руками и вошел в портал.

Мы Вконтакте