Книга Сумеречный дозор читать онлайн


Глава 3

Арина сидела на стуле, скромно положив руки на 210колени. Она больше не улыбалась – и вообще была само послушание.

– В дальнейшем обойдемся без фокусов? – полюбопытствовал я, выйдя в реальный мир. Спина была мокрая, ноги слегка подрагивал и.

– Могу ли я остаться в этом облике, дозорный? – тихо спросила Арина.

– Зачем? – не удержался я от маленькой мести. – Я уже видел вас настоящей

– Кто решит, что в этом мире настоящее? – задумчиво сказала Арина. – Это ведь, откуда посмотреть… Считайте мою просьбу женским кокетством. Светлый.

– И попытка меня обворожить – тоже кокетство?

Арина стрельнула глазками. С вызовом произнесла:

– Да! Я понимаю, что мой сумеречный облик… но здесь и сейчас – я такая! И ничто человеческое мне не чуждо. В том числе и желание нравиться.

– Хорошо, оставайтесь, – буркнул я. – Я не скажу, что мечтаю о повторении шоу… Снимите иллюзию с магических предметов!

– Как скажите, Светлый, – Арина провела ладонью по волосам, оправляя прическу.

И домик чуть-чуть изменился.

Вместо чайника на столе оказалась маленькая березовая кадушка. Из кадушки еще шел пар. Телевизор, впрочем, остался – но провод теперь не тянулся к несуществующей розетке, а был воткнут в большой бурый помидор.

– Оригинально, – кивая на телевизор заметил я. – И часто приходится менять овощи?

– Помидоры – каждый день, – пожала плечами ведьма. – Кочан капусты два-три дня работает.

Мне еще никогда не доводилось видеть такого оригинального способа получения электричества. Нет, теоретически возможно… но на практике…

Впрочем, больше всего меня интересовал шкаф с книгами. Я подошел, вынул первый попавшийся томик, тонкий и в мягкой обложке.

«Боярышник – практическое применение в домашнем колдовстве».

Книга была отпечатана на чем-то вроде ротапринта. Выпущена год назад. И даже тираж был указан – 200 экземпляров. И даже ISBN стоял! Типография только какая-то незнакомая, ООО «ТО».

– И впрямь ботаника… Неужели печатаете свои книги в типографиях? – восхитился я.

– Бывает, – скромно сказала ведьма. – Не нее же от руки переписывать…

– От руки – это еще ничего, – заметил я. – Бывает, что и кровью пишут…

И выудил из шкафа «Кассагар Гарсарра».

– Своей кровью, заметьте, – сухо произнесла Алина. – Никаких гадостей!

– Эта книга – сама по себе гадость, – заметил я.

– Ну-ка, ну-ка… «Наущение людей друг противу друга без лишних усердий…»

– Что вы мне пытаетесь инкриминировать? – уже раздраженно спросила Алина. – Это все… академические издания. Антиквариат. Никого я не науськивала.

– Правда? – пролистывая книгу, сказал я. – «Успокоение почечных хворей, изгнание водянки…» Допустим…

– Вы же не станете обвинять человека, читающего Де Сада, в намерении кого-нибудь замучить? – огрызнулась Алина. – Это наша история. Различные заклинания. Без деления на деструктивные и позитивные.

Я хмыкнул. В общем-то она была права. То, что здесь собраны самые различные магические рецепты, вовсе не состав преступления. К тому же… вот «Как унять роженице боли и не повредить ребеночку». Впрочем, рядом имеются «Извести плод и не повредить роженице» и «Извести плод вместе с роженицей».

Все как обычно у Темных.

Но несмотря на все эти пакостные рецепты и недавнюю попытку заморочить меня, что-то в Арине вызывало симпатию. В первую очередь – то, как она обошлась с детишками. Что ни говори, а старая умная ведьма могла бы найти им самое чудовищное применение. А еще… еще было в ней что-то тоскливое и одинокое – несмотря на всю ее силу, несмотря на ценную библиотеку и притягательный человеческий облик.

– В чем провинилась-то? – сварливо спросила Алина. – Ну, не тяни волыну, чароплёт!

– Регистрация у вас есть? – спросил я.

– Что я, вампирша или оборотень? – вопросом ответила Алина. – Штамп мне поставить захотел… ишь выдумал…

– Никто не говорит о печати, – успокоил я ее. – Вопрос лишь в тон, что все маги первого и выше уровня обязаны сообщать в региональный центр о месте своего жительства. Дабы их перемещение не было сочтено враждебными действиями…

– Я не волшебница, я колдунья!

– Маги, и приравненные к ним по силе Иные… – устало повторил я. – Вы находитесь на территории Московского Дозора. Вы обязаны были уведомить нас.

– Раньше того не было, – пробормотала ведьма. – Чароплёты-первыши друг другу о себе говорили, вампиров и оборотней на учет брали… а нас никто не трогал.

Что-то странное…

– Когда «раньше»? – спросил я.

– В тридцать первом, – неохотно сказала ведьма.

– Вы тут живете с тридцать первого? – не поверил я. – Алина…

– Я тут два года живу. А до того… – она поморщилась, – неважно, где была. Не слышала про новые законы.

Может быть она и не врала. Это бывает у старых Иных, особенно тех, что не работают в Дозорах. Забьются куда-нибудь в глухомань, в тайгу или леса, сидят там десятилетиями, пока совсем тоска не одолеет.

– А два года назад решили тут поселиться? – уточнили.

– Решила. Что ж мне, дуре, в город переться? – Арина засмеялась. – Сижу, телевизор вот смотрю, книги читаю. Наверстываю упущенное. Нашла одну старую подругу… та мне книжки из Москвы шлет.

– Что ж, – сказал я. – Тогда обычная процедура. Лист бумаги найдется?

– Да.

– Пишите объяснительную. Инд, происхождение, год рождения и инициации, состояли ли в Дозорах, на каком уровне силы, находитесь…

Алина послушно достала бумага и карандаш. Я поморщился, но предлагать ручку не стал. Пусть хоть гусиным пером пишет.

– Когда последний раз вставали на учет или иным образом заявляли о своем местопребывании в официальных органах Дозоров… Где находились после этого.

– Не стану писать, – Алина отложила ручку. – Развели бумагомарак… Кому какое дело, где я старые кости грела?

– Алина, бросьте этот лексикон деревенской бабки! – попросил я. – Вы же раньше нормально разговаривали!

– Маскировалась, – не моргнув глазом заявила Арина. – А, как угодно. Только и вы казенный тон оставьте.

Она быстро, аккуратным убористым почерком исписала весь лист. Протянула мне.

Возраст ее оказался меньше, чем я полагал. Меньше двухсот лет. Мать ее была крестьянкой, отец – неизвестен, среди родственников Иных не числилось. Инициировал девочку в одиннадцать лет Темный маг, или, как упорно называла магов Арина – «чароплёт». Заезжий, из немцев. Попутно и растлил, что Арина зачем-то посчитала нужным указать, добавив «стервец похотливый». А… вот в чем дело! Немец этот взял девочку в услужение и обучение – во всех смыслах. И был, видимо, не слишком умен и не слишком нежен – девочка к тринадцати годам набрала такую силу, что в честной дуэли победила и развоплотила наставника. Между прочим – мага четвертого уровня. После этого и попала под наблюдение тогдашних Дозоров. Впрочем, больше ничего криминального за ней не числилось – если верить объяснительной. Города ей не нравились, жила в деревнях, промышляла мелким колдовством. После революции ее несколько раз пытались раскулачить… крестьяне понимали, что она ведьма и решили напустить на нее ЧК. Маузеры и магия, надо же! Побеждала магия, но бесконечно это длиться не могло. В тридцать четвертом году Арина… Я поднял на ведьму глаза, спросил:

– Серьезно?

– Легла в спячку, – спокойно сказала Арина. – Поняла, что красная зараза – это надолго. По ряду обстоятельств могла выбрать срок сна шесть, восемнадцать или шестьдесят лет. У нас, ведьм, всегда много условностей… Шесть и восемнадцать лет – это для коммунистов мало. Уснула на шестьдесят лет.

Она помедлила, но призналась:

– Тут и спала. Избушку оградила, как могла, чтобы ни человек, ни Иной подойти не смогли…

Теперь понятно. Времена были лихие. Иные гибли почти так же часто, как и обычные люди. Затеряться было не сложно.

– И никому не сказали, что тут спите? – уточнил я. – Подружкам…

Арина усмехнулась:

– Если бы сказала – ты бы со мной сейчас не беседовал. Светлый.

– Почему?

Она кивнула на шкаф:

– Вот, все мое богатство. И немалое.

Я сложил объяснительную, спрятал в карман. Сказал:

– Немалое. И, все-таки, одной редкой книги я туг не заметил.

– Какой? – удивилась ведьма.

– «Фуаран».

Арина фыркнула:

– Большой уже мальчик, а в сказки веришь… Нет такой книги.

– Ага. И девочка сама придумала это название.

– Не стала я ей память чистить, – вздохнула Арина. – Вот и скажи, стоит после этого добрые дела творить?

– Где книга? – резко спросил я.

– Третья полка снизу, четвертый том слева, – раздраженно сказала Арина. – Глаза дома забыл?

Я подошел к полке, нагнулся. «Фуаран»!

Крупными золотистыми буквами на черной коже. Я вынул книгу, торжествующе посмотрел на ведьму. Арина улыбалась.

Я посмотрел надпись на обложке – «Фуаран – вымысел или правда?» Слово «фуаран» было напечатано крупно, остальные – мелким шрифтом.

Глянул на корешок…

Ну да. Мелкие буквы стерлись, осыпались.

– Редкая книга, – призналась Арина. – Отпечатано тринадцать экземпляров, в Санкт-Петербурге, в тринадцатом году, в Его Императорского Величества типографии. Печатали, как положено, ночью в новолуние. Не знаю, сколько таких уцелело…

Могла ли маленькая напуганная девочка заметить лишь слово, напечатанное крупным шрифтом? Да запросто!

– Что теперь со мной будет? – горестно спросила Арина. – На что я имею право?

Я вздохнул, сел за стол, перелистывая ненастоящий «Фуаран». Интересная книга, спора нет…

– Да ничего с вами не будет, – признался я. – Детям вы помогли. Ночной Дозор признателен за это.

– Зачем же зазря людей обижать, – пробормотала ведьма, – это только себе вредить…

– Учитывая этот факт, а также особые обстоятельства вашей жизни… – я порылся в памяти, вспоминая параграфы, ссылки и примечания. – Учитывая все это наказания вам не будет. Вот только один вопрос… каков ваш уровень Силы?

– Я же написала – «не знаю», – спокойно ответила Арина. – Разве это прибором замеришь?

– Хотя бы примерно? – Спать ложилась – была на первом ранге, – не без гордости призналась ведьма. – А сейчас, авось, вне рангов вышла.

Все правильно. Потону я и не смог пробить ее иллюзию.

– Вы не собираетесь работать в Дневном Дозоре?

– Чего я там не видела? – возмутилась Арина. – Тем более, нынче Завулон до главных выслужился, так?

– Завулон, – подтвердил я. – А чему вы удивлены? Неужели считаете его недостаточно сильным?

– Силы ему всегда хватало. – нахмурилась Арина. – Только своих он слишком легко сдает. Подруг… ни с одной больше десяти лет не прожил, всегда что-то случалось… а молоденькие дурехи все равно к нему в койку прыгали. А уж как он хохлов и литвинов не любит! Надо грязную работу сделать – заманивает бригаду с Украины, да и загребает жар чужими руками. Надо подставить кого-то под удар – первым кандидатом литвин будет… Думала, не удержится он с такими повадками на посту, – Арина вдруг усмехнулась. – Нет, видно поднаторел от удара уходить. Молодец!

– Да уж, – кисло сказал я. – Что ж, если вы не собираетесь работать в структурах Дневного Дозора, а продолжите вести светский образ жизни, то получите право на проведение определенных магических действий… в личных целях. В год – двенадцать действий седьмого уровня, шесть – шестого, три – пятого, одно – четвертого. Раз в два года – действие третьего уровня. Раз в четыре года – действие второго уровня. Я замолчал.

Арина поинтересовалась:

– А действия первого уровня?

– Максимально разрешенная сила для Иных, не состоящих на службе, ограничена их предыдущим уровнем, – ехидно заметил я. – Если вы пройдете обследование и регистрацию как ведьма вне категорий, то раз в шестнадцать лет получите право на магию первого уровня. По согласованию с Дозорами и Инквизицией, разумеется. Первый уровень магии – слишком серьезная вещь.

Ведьма ухмыльнулась. Странной была эта ухмылка – совершенно старушечья и неприятная, на красивом и молодом лице…

– Я уж как-нибудь без первого уровня обойдусь. Как я понимаю, ограничения касаются лишь магии, направленной на людей?

– На людей и Иных, – подтвердил я. – С собой и с неодушевленными предметами можете делать все, что вам угодно.

– И то спасибо, – согласилась Арина. – Что ж, извини. Светлый, что заморочить тебя пыталась. Ты, вроде, ничего. Почти как мы.

От этого сомнительного комплимента меня передернуло.

– Еще один вопрос, – сказал я. – Кто были те оборотни?

Арина помолчала. Потом спросила:

– А что, закон уже отменен?

– Какой закон? – попытался я свалять дурака.

– Старый закон. Темный на Темного доносить не обязан, Светлый на Светлого…

– Есть такой закон, – признался я.

– Ну и лови оборотней сам. Пускай дураки, пускай кровожадные, только сдавать я их не стану.

Сказано это было твердо, уверенно. И давить мне на нее было нечем. Она же оборотням не способствовала, напротив.

– Магические действия в мой адрес… – я подумал. – Что ж. Я их вам прощаю.

– Просто так? – уточнила ведьма.

– Просто так. Мне приятно, что я устоял.

Ведьма фыркнула:

– Устоял один такой… Жена у тебя волшебница., что ж я, слепая, не чую? Она тебя и заколдовала. Чтобы ни одна баба не соблазнила.

– Врешь, – спокойно ответил я.

– Вру, – призналась ведьма. – Молодец. Колдовство не при чем, просто ты ее любишь. Ну так привет жене, привет дочке. Завулона встретишь – скажи, что козлом он был, козлом и остался.

– С удовольствием, – пообещал я. Ай да ведьма! Завулону хамить не боится! – А Гесеру чего передать?

– А я ему весточек и не передаю, – презрительно сказала Арина. – Куда нам, деревенским дурочкам, до великих тибетских магов!

Я стоял и смотрел на эту странную женщину – такую красивую в человеческом облике, такую отвратительную в истинном виде. Ведьма, могучая ведьма. Но не сказать, что злобная – всего намешано…

– Не грустно тебе здесь одной, бабушка? – спросил я.

– Оскорбляешь? – вопросом ответила Арина.

– Да нет, ничуть. Я все-таки чему-то учился.

Арина кивнула, но смолчала.

– Вовсе тебе не хотелось меня соблазнить, и никаких плотских желаний у тебя не осталось, – продолжал я. – У ведьм это иначе, не так, как у волшебниц. Ты старуха, и чувствуешь себя старухой, на мужиков тебе плевать. Другое дело, что ты еще тысячу лет можешь старухой оставаться. Так что соблазняла ты меня просто ради спортивного интереса.

Миг – и Арина преобразилась. Превратилась в опрятную старушку., румяную, чуть сгорбленную, с живыми бойкими глазами, умеренно беззубым ртом, седыми, но крепко уложенными волосами. Спросила:

– Так лучше?

– Да, пожалуй, – признал я с легкой грустью. Все-таки ее прежний облик был очень приятен.

– Я была такой… сто лет тому назад, – сказала ведьма. – И такой, как тебя встретила, тоже была… когда-то. А уж какой я была в шестнадцать! Ах, Светлый, какой я была веселой, красивой девкой! Пусть и ведьмой… Знаешь, почему и как мы старимся?

– Кое-что слышал, – признался я.

– Это плата за продвижение в ранге, – она опять употребила это старомодное словцо, в последние годы начисто вытесненное пришедшим из компьютерных игрушек словечком «уровень». – Можно ведьме оставаться молодой телом. Только тогда на третьем ранге и застрянешь. Мы крепче связаны с природой, а она не любит фальши. Понимаешь?

– Понимаю, – сказал я. Арина кивнула:

– Вот так. Светлый… радуйся, что твоя жена – чародейка. Ты со мной по-хорошему поступил… врать не стану. Могу я подарок сделать?

– Нет, – я покачал головой. – Я на службе. И подарок от ведьмы…

– Понимаю. Не тебя одарить хочу, твою жену!

Я растерялся. Арина бодро проковыляла к оббитому железом сундуку (раньше на его месте стоял заурядный комод), открыла, запустила внутрь руку. Через секунду вернулась ко мне с маленьким костяным гребнем.

– Бери, дозорный. Без умысла, без корысти, не для беды и горести. Стать мне тенью, если вру, разлететься на ветру…

– Что это? – спросил я.

– Диковина, – Арина поморщилась. – Как это сейчас зовут… артефакт!

– И все-таки?

– Силенок не хватает увидеть? – понимающе спросила Арина. – Твоя жена поймет. А тебе зачем объяснения, Светлый? Я же и совру – недорого возьму. Совру, а ты поверишь. Ты ведь слабее меня, сам знаешь.

Я молчал, кусал губы. Что ж… все-таки я пару раз ей нагрубил. И получил достойный ответ.

– Бери, не бойся, – повторила Арина. – Баба-Яга – она хоть и злая, а добрым молодцам помогает.

Да что я, собственно говоря?

– Лучше бы волкулаков сдала, – беря гребень, сказал я. – Я принимаю твой подарок лишь как посредник, и этот дар не накладывает ни на кого никаких обещаний.

– Стреляный воробей, – хмыкнула Арина. – А волки… извини. Сами поймаете, знаю. Но сдавать не стану. Кстати… книжку можешь взять. На время. Для проверки. Есть ведь у тебя такое право?

И только теперь я сообразил, что до сих пор держу в левой руке злосчастный «Фуаран – вымысел или правда?»

– Для экспертизы, на время, в рамках своих прав дозорного, – мрачно сказал я.

Все-таки бабка крутила мной, как хотела! И будь ее желание – я только дома заметил бы ненароком прихваченную книжку. А она имела бы полное право обратиться в Дозоры с жалобой – на кражу ценной «диковины».

Когда я вышел из дома, то увидел, что уже наступила непроглядная ночь. И мне предстоит шарахаться по лесу не меньше чем два-три часа.

Но едва я сошел с крыльца, как впереди загорелся призрачный голубой огонек. Я вздохнул, покосился на домик, где ярким электрическим светом горели окна. Арина меня провожать не вышла. Огонек призывно танцевал в воздухе.

Я пошел за ним.

И через пять минут услышал ленивое побрехивание собак. А еще через десять – вышел к околице. Самым обидным было то, что все это время я не чувствовал ни малейших следов магии.

Мы Вконтакте