Книга Мой дедушка — памятник читать онлайн

ГЛАВА 8
которая на своем убедительном примере показывает, что голоса логики и разума порой могут потонуть в неистовом шуме сбитой с толку толпыЧто же произошло? Почему <<Алеша Попович>> неожиданно покинул гавань Оук-порта? Можно ли представить себе, что советские моряки бросили в беде своего товарища? Нет, этого представить нельзя.
Николай Рикошетников, обойдя все, как ему казалось, помещения сената в поисках Геннадия, выбежал на площадь и оказался в центре событий, развязанных мрачными хулиганами с Карбункла.
Площадь кишела людьми. Местами возникали стычки, переходящие в кулачный бой. Ораторы, взобравшись на фонарные столбы, кричали в толпу. Ревели моторы мотоциклов. Группа мужественных горожан, взявшись за руки, защищала свою святыню — памятник Серхо Филимоныч Страттофудо.
Рикошетников помчался на судно, мигом собрал совещание комсостава. Половина экипажа была направлена в город на поиски пропавшего мальчика. Всем морякам было строжайше заказано выспрашивать о мальчике у местных жителей и тем более называть его имя. Рикошетников боялся, и не без основания, что <<копальщики>> могут узнать о пребывании в городе потомка благородного русского адмирала и устроить на него настоящую охоту.
Тем временем возвратились с тренировки судовые футболисты. Они рассказали, что большинство публики горячо их приветствовало, а меньшинство наоборот — бросало в них дохлых крыс, пищевые отбросы и увядшие цветы. Меньшинство это было весьма ретиво и затянуто в черную кожу. Рассеялось оно только тогда, когда появился гигант в плавках из леопардовой кожи — лучший футболист всех времен и народов, добродушный, но неразговорчивый Рикко Силла.
Поиски Геннадия продолжались несколько часов и не дали никаких результатов. Потрясенный Рикошетников решился тогда на крайний шаг — он снова отправился в сенат.
В сенате уже все спали. Семижильный <<резинщик>>, похрапывая, тянул свое:
— В свете изложенного, опираясь на параграф девяносто, пункт "Д", отдела восемнадцать, можно категорически заявить, что производство пуговиц на территории республики может быть разрешено только лицам, доказавшим свою способность к оному…
Рикошетников разбудил того сенатора, который дал резкую отповедь проискам полковника Бастардо Мизераблес ди Порк-и-Гусано. Толстяк в футболке под номером <<З>> повел его в свой кабинет для конфиденциальных переговоров.
Имя сенатора было Нуфнути Куче. Рикошетников рассказал ему все. Нуфнути Куче выслушал его с крайним вниманием. В маленьких его глазах, отягощенных трехъярусными мешками, пылал неподдельный интерес.
— Видите ли, капитан, — сказал он, — я не могу вам раскрыть всей подоплеки нынешних событий в нашей стране, потому что и сам ничего не понимаю. Скажу только, что передовая интеллигенция, рабочий класс и спортсмены очень озабочены неожиданной и непонятной атакой с острова Карбункл. В других условиях приезд потомка адмирала Серхо Филимоныч Страттофудо мог бы превратиться в национальный праздник. Сейчас, увы, мы не можем предугадать развитие событий. Эмпирейцы слишком доверчивы и простодушны. Это дети, сэр. Я обещаю вам, что я и мои люди — скажу по секрету, их немало — предпримут все усилия для поисков мальчика. Я не исключаю возможности того, что он попал в лапы негодяев, но… — Нуфнути Куче встал перед Рикошетниковым на одно колено и торжественно провозгласил. — Клянусь созвездием Кассиопеи, катамараном старого Йона, цепями египетских рабов, ржавыми мечами викингов, четками мадам де Клиссон и аркебузами португальцев, клянусь бархатным камзолом нашего первого президента и нашим священным булоногом, Джинадо Эдуардос Страттофудо будет спасен! Аминь!
Капитан Рикошетников сразу понял, что этому человеку можно доверять. В глазах его он увидел намек на незаурядный государственный ум.
— Нуфнути, скажите, состоится ли футбольный матч?
— Не уверен.
— Согласитесь, мы, мирные ученые и моряки, оказались в весьма двусмысленном положении…
— Согласен.
Немногословность Нуфнути Куче еще раз убедила капитана Рикошетникова в надежности этого человека.
— Мистер Рикошетников, я не коммунист, — сказал Нуфнути Куче. — Я всего лишь левый либерал, филуменист и правый защитник, но я вам скажу: мне кажется, что все беспорядки на архипелаге направляет какая-то единая мощная рука.
О дальнейшем развитии событий можно догадаться по заголовкам и высказываниям местных газет.
<<Ежедневный фонтан>> (Оук-порт):
«Кто мешает нашим парням накапливать международный опыт?»
<<Сытная пища без обмана>> (г. Стамак, о. Карбункл).
«Футбол — путь к нищете и позору!»
Литературный журнал «Лестница» (специальный выпуск)
"Сегодня мы помещаем стихи нескольких наших известных граждан:
РИККО СИЛЛАПусть будет дружбою богатаДуша любого демократа!Увидят все — наступит срокПрославится наш булоног!ТОКТОМУРАН ДЖЕЧКИНПрекрасен миг — в ужасном гвалтеВаш президент берет пенальти!Быть может, кто-то скажет. «Поза?!»Нет! Это ловкость виртуоза!НУФНУТИ КУЧЕЛегопер-эмпиреец, по знаку судьи выходиНа зеленое поле, как прежде простой и веселый.Кожаный мяч, управляемый ловкой ногою,Дружбы традиции пусть возродит с моряками державы далекой!НАКАМУРА-БРАНЧЕВСКАБыл парк пронизан лунным светом,Благоухал розарий мой,Ко мне явился за ответомКороль души моей больной…КАФРО ЛАТТИФУДОЛегоперы — ренегаты,Презирает вас народ!Уж конечно, ренегаты,Презирает вас народ!"Вечером того дня, когда был похищен Геннадий, уличные споры и стычки усилились. <<Кроты>>, обычно не показывавшие носа в Оук-порт, теперь заполонили улицы, бары, кафе. На причале возле <<Алеши Поповича>> волновалась большая толпа.
— Надо прощупать русских! — кричали <<кроты>>.
Поговаривали, что каждый из них получил за свои хулиганские выходки по двенадцать клуксов и по бутылке <<Горного дубняка>>.
Ночью страсти не утихали, а, напротив, разгорались. Воя, носились по узким улочкам мотоциклы <<кротов>> со снятыми глушителями. На стенах крепости, отражаясь в черной воде, колыхались факелы. Никто из приглашенных не явился на грандиозно задуманный вечер <<Вальс незнакомых цветов>>… Мадам Накамура-Бранчевска в одиночестве скользила по паркету, тревожно вглядываясь в темноту парка, принюхиваясь к розам и орхидеям. Утром горожане стали находить в почтовых ящиках, на ступенях лестниц, на столиках кафе желтые листочки. Какие-то негодяи за ночь распространили <<Обращение капитана Рикошетникова к народу Республики Большие Эмпиреи и Карбункл>>.
<<Вы, несчастные лежебоки, — гласило «Обращение», — набрались наглости вызвать нас на соревнование по футболу. На что же вы рассчитываете со своей черепашьей медлительностью? С презрением мы отвергаем ваш вызов! Капитан Рикошетников>>.
Оскорбленные горожане направились в порт. Напрасно Нуфнути Куче, Рикко Силла, Токтомуран Джечкин и другие прогрессивные деятели пытались убедить их, что обращение — фальшивка.
Простодушные, как дети, впервые столкнувшиеся с такой грязной игрой, они верили всему. Почти каждый горожанин тащил с собой футбольный мяч.
В порту горожане устроили перед советским кораблем неслыханное футбольное представление. Сотни мячей летали в воздухе. Все от мала до велика, включая женщин, демонстрировали усомнившимся русским свое умение играть в футбол, технику обработки мяча, финты, обводку, пасы…
Рикошетников несколько раз пытался со спардека обратиться к народу, но его всякий раз встречали свистом. Как? Мы медлительные черепахи, тупые ослы? Мы не умеем играть в футбол? А вот смотрите-ка!
На мачте <<Алеши Поповича>> давно уже трепетал флаг <<Синий Петр>> — <<Всем на борт!>> Только двух членов экипажа недоставало: не явился из увольнительной кот Пуша Шуткин и бесследно пропал лаборант гидробиологического сектора Геннадий Стратофонтов.
Моряки и ученые мрачно взирали на футбольную вакханалию, охватившую город. Первый помощник Хрящиков проводил среди экипажа разъяснительную работу. Видавший виды Шлиер-Довейко почесывал в затылке. Капитан Рикошетников не выпускал изо рта трубки.
Надо ли говорить о том, как волновался капитан за судьбу своего юного друга! Конечно, можно заявить официальный протест, начать розыски через газеты, но не будет ли это стоить жизни его другу? Бандиты с Карбункла не дремлют, а эмпирейцы… Эх, эмпирейцы! С горечью смотрел капитан на так легко обманутых горожан.
Час уходил за часом, а Геннадий все не появлялся. Между тем футбольные страсти стали затихать. Утомленные граждане кучками рассаживались на набережной и приступали к обеду. Собственно говоря, никакого большого зла к капитану Рикошетникову они не испытывали. Показали, что умеют, и ладно. Они были не способны долго злиться, эти чудаки-эмпирейцы,
Вдруг с крепостных стен послышались крики. Около дюжины <<кротов>> разворачивали на площадке башни <<Толстая Эльза>> чугунное корабельное орудие, снятое еще в XVIII веке с поверженного <<Белого лебедя>>. Жерло дурацкой пушки поворачивалось в сторону <<Алеши Поповича>>.
— Русские! Отдавайте швартовы!
— Убирайтесь!
— Сейчас мы вам вспомним Сильвер-бей!
В толпе на набережной начался ропот:
— Эй, кроты, вы это уже слишком!
— Оставьте в покое нашу пушку!
— Рехнулись, что ли?
<<Кроты>> не шутили. Один из них вкатил в орудие ядро, второй взялся за фитиль. Наступила тишина, в которой слышался только хохот Володи Телескопова.
— Ой, умру! Ой, сейчас лопну!
Не понимал серьезности момента безответственный <<божий плотник>>.
И вдруг на башне появилась гигантская обнаженная фигура Рикко Силлы. Растолкав <<кротов>>, великий легопер снял пушку с лафета и поднял ее себе на плечи. <<Кроты>>, взвыв от обиды, бросились на кумира нации. Рикко Силла с пушкой на плечах прыгнул с башни в воду бухты.
Что тут началось! <<Кроты>> стали прыгать за ним. Эмпирейцы целыми семьями тоже ринулись в воду. Рикко Силла, отдуваясь, плыл к берегу, спасая историческую ценность и собственную жизнь. Вокруг в прозрачных водах кипела борьба. Гвалт стоял невообразимый! Кое-где в узких улочках затрещали автоматные очереди. И тогда на борт <<Алеши Поповича>> взбежал сенатор Нуфнути Куче.
— Капитан, вы видите, что устроили эти негодяи? Выхода нет, вам нужно на два-три дня покинуть порт. Капитан, нам кажется, что на архипелаге действует мафия или что-то в этом роде. Патриоты начеку, капитан. Следы мальчика, как я и предполагал, ведут на Карбункл. Сегодня ночью мы высадимся на остров, а с вами будем держать связь по радио. Уходите, капитан…
Вот в каких условиях капитану Рикошетникову пришлось выйти из гавани Оук-порта направиться на север.

Мы Вконтакте